Наверх

Рыбья лихорадка

8.02.2010 нет комментариев 336 editor

Это место называют по-разному: торфокарьером, разливами. А поскольку начинаются данные водно-болотные угодья чуть ли не у самого станкостроительного завода ЗАО «Атлант», то для конкретизации добавляют к их названию слово «Атлант».

Территория с преобладанием водной глади сменяется в направлении поселка Октябрьский и деревни Поленичицы настоящим болотным ландшафтом – с кустарником, островками-кочками посреди затоплений, каналами от мелиорации. Сейчас это природное пространство общей площадью около полутысячи гектаров сковано крепким льдом (его толщина достигает 45–60 сантиметров), а сверху покрыто внушительным слоем снега.

 Редакционный УАЗИК, отъехав с километр от поселка Октябрьский в сторону заболоченной местности, застрял в снегу. И мы с егерем районной структуры Белорусского общества охотников и рыболовов Петром Абрамовичем дальше пошли пешком. Когда начался лед, он предупредил, чтоб я ступала по его следам. Потому что вместе со льдом начались лунки, прикрытые снегом и не успевшие замерзнуть. И можно было запросто провалиться в одну из них. Вблизи лунок высились толстые куски деловито вырезанного льда. Их было много, и напоминали они по форме надгробные плиты. Возникло не очень приятное ощущение того, что находишься на кладбище. Но это место и впрямь могло стать кладбищем мертвой рыбы.

Скажу сразу: мертвой рыбы мы не обнаружили. По крайней мере, в тех лунках, которые мы проверили, ее не было. Парадоксально, но в природной ситуации, грозившей массовым замором плавниковых, спасателями положения, похоже, стали… браконьеры.

И, может быть, многих из них надо было совсем не штрафовать, а благодарить. Потому что тотальный вылов рыбы, которой под толщей льда не хватало кислорода, был на тот момент верным способом не допустить устилания дна мертвыми особями.

Разливы «Атлант» – не единственное в районе место бывших торфоразработок, где в водно-болотистых образованиях появилась рыба, как сама по себе, так и искусственно заселенная. «Атлант», например, зарыблялся охотничье-рыболовным хозяйством, являвшимся арендатором этих угодий. В 2007 году райисполком расторг договор аренды. Нет арендатора – нет хозяина. Директор местной структуры государственного общественного объединения Белорусского общества охотников и рыболовов Олег Гейлаш уверял корреспондента, что предзаморного состояния рыбы они бы не допустили, если бы мелководный торфокарьер (его глубина 130 сантиметров) был у них в аренде. Контролировали бы ситуацию, вовремя бы аэрацию воды произвели, чтоб рыба не задыхалась в маленьком непроточном пространстве между льдом и дном, прорубили бы лунки, расчистили лед от снега.

Тревожные сигналы рыбаков о том, что рыба в разливах «Атлант» попала в бедственное положение, поступили в Слонимскую межрайонную инспекцию охраны животного и растительного мира. В редакцию нашей газеты позвонил не рыбак, а «дитя природы», как он себя охарактеризовал, неравнодушный человек с гражданской позицией Борис Фалейчик, являющийся начальником охраны станкостроительного завода ЗАО «Атлант». Из окон административного здания он ежедневно видит панораму разливов. «Почему никто не принял мер, чтоб рыба не погибала, – ни горрайинспекция природных ресурсов, ни БООР, ни Слонимская инспекция? – удивлялся он. – Как можно было допустить такое?»
– Проспали и не сработали на упреждение ситуации, – охарактеризовал деятельность названных служб первый заместитель председателя райисполкома Михаил Полуян.

Может быть, нас разбаловали предыдущие теплые зимы, в которые ничего подобного не происходило? Нынче же сильные морозы вызвали нарастание льда, а снегопады закрыли свет для рыбы. Отсутствовал доступ кислорода. Его дефицит усугублялся наличием в разливах растительности. Особенно уязвимыми в такие моменты оказываются щука, плотва, окунь. Рыба начала искать участки, где кислородный режим был лучше. Она скапливалась у прорубленных рыбаками лунок в таких количествах, что ее можно было ловить руками. Этим не замедлили воспользоваться браконьеры. Ловили и руками, и сачками (до 30 килограммов за один раз извлекали), использовали острога. Лунки росли как грибы после дождя. Лед вырезали бензопилами. Рыба увозилась мешками и незаконно реализовывалась в городе.

Правилами разрешается поймать в сутки не более пяти килограммов и теми орудиями лова, которые не запрещены. Поле деятельности мгновенно вырисовалось для государственных инспекторов, которые взялись штрафовать нарушителей. Барановичская горрайинспекция природных ресурсов и охраны окружающей среды составила два протокола (каждый нарушитель получил по 350 тысяч рублей штрафа), а Слонимская межрайонная – целых 18, устроив варфоломеевскую ночь на этом самом месте, куда прибыли мы с егерем Петром Абрамовичем, чтоб обозреть последствия.

В пик событий инспекторами была взята вода на анализ и проверена в лаборатории Барановичской инспекции. Показатель растворенного в воде кислорода находился на пороговом уровне, за которым начиналась асфиксия у рыбы. Слонимская инспекция направила письмо в Барановичский райисполком с констатацией того, что «выявлены случаи заморных явлений на определенных участках».

– Однако массовой гибели рыбы не было зафиксировано, – сказал корреспонденту «Нашего края» заместитель начальника Слонимской межрайонной инспекции Владимир Белоус,– потому что граждане вели ее интенсивный отлов. Оставшаяся в разливах рыба выжила.

Но за интенсивный отлов людей наказывали. Инспекторы понимали парадокс этой ситуации. Главный специалист Барановичской горрайинспекции природных ресурсов и охраны окружающей среды Анатолий Плешко подчеркнул, что они, экологи, составляли протоколы лишь на тех граждан, которые использовали при ловле рыбы колющие орудия. Владимир Белоус педантично следовал инструкции и штрафовал всех, кого застал на льду с более чем пятью килограммами добычи. «Если б исполком принял решение (а его нужно было принять в данных обстоятельствах), которым бы позволялась ловля более пяти килограммов рыбы не запрещенными орудиями, то мы бы не штрафовали этих граждан», – заметил он.

– Почему сами природоохранные службы не инициировали перед райисполкомом принятия такого решения с перечнем мероприятий, которые следует провести? – недоумевал Михаил Полуян, второе лицо в районной вертикали. – Я вообще узнал о заморе после всего, что случилось.

Заморные явления под толщей льда наблюдаются в эту зиму по всей республике. И хотя начальник Барановичской горрайинспекции природных ресурсов и охраны окружающей среды Николай Кисель называет это естественным процессом отбора, когда выживает сильнейший, но стараться предотвратить гибель рыбы от удушья просто необходимо. Ведь особи, которые останутся гнить на дне разливов, с наступлением теплого периода года начнут разлагаться. Перспектива инфекций и болезней, загрязнения среды, не говоря уже о неприятных запахах, вряд ли может кого устроить.

С Петром Абрамовичем мы набрали из лунки в ладони холодной воды, чтоб вдохнуть ее запах, сделать, так сказать, органолептический анализ. Запах был самый обычный, болотный и не вызывал подозрений. Обилие лунок, через которые осуществляется доступ кислорода, не даст погибнуть рыбе, если только вода в лунках не замерзнет в сильные морозы.

Но, кажется, теперь есть кому обеспечивать наличие лунок на разливах «Атлант» и заботиться о рыбе. Состоявшаяся на днях внеочередная сессия районного Совета депутатов приняла решение о передаче торфокарьера в аренду местной структуре БООР. Директор структуры Олег Гейлаш заявил: «Я понимаю меру ответственности и осознаю, какое количество работы нас ждет».

Егерь Петр Абрамович, сопровождая корреспондента, еще не ведал, что через день он станет, по сути, хозяином разливов, – руководство районной структуры Белорусского общества охотников и рыболовов закрепило за ним эту территорию. Он уверенно шел по присыпанному снегом скользкому льду, лавируя между лунками. Хочется надеяться, что не менее уверенными будут и его шаги по наведению здесь порядка.

Комментарии

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *