Наверх

«Я с Леною-Галей по жизни иду…»

24.08.2011 Комментариев нет 109 editor

– М-да, батенька, и Елена жена, и Галина!.. Совсем вы мне голову закружили. Ведь так когда-нибудь вас, дорогой Аркадий Иванович, и в двоеженцы невзначай зачислят или шахом назовут персидским. Смеется мой собеседник, самому удивительно, как это оно и впрямь так вышло.

– Ну, по метрикам она – Елена (об этом я узнал, когда после четырех месяцев свиданий мы с ней уже в загс пошли), а мама свою дочку, невзирая на метрическое имя, всю жизнь Галей называла. Имечко это матери больше нравилось. Ясно? – терпеливо втолковывает мне «шах». – И я так называл: Галя да Галя. Всю жизнь Галей и зову.

– Не ясно. А соседи да знакомые нынче как обращаются к вашей жене?

– Так и обращаются: Елена Ивановна, – будто издевается надо мной Аркадий Столяр. – А для меня она – Галя. Любимая и единственная. 

…Шел 1953-й год. Первые «проталины», когда гипсовые статуи сняли втихаря и блеснул свет надежды на лучшую жизнь, маячили еще впереди. А тогда в провинциальной деревушке Великие Луки печальную весть о кончине всенародного вождя восприняли неоднозначно. «Как же мы-то теперь без кормильца? – смахивали слезу некоторые сельчане. – Что-то будет?»

– А на то время была повальная нищета, натуральная голодуха. Люди едва сводили концы с концами, – вспоминает годы своего далекого детства Аркадий Столяр. Нас (отец мой умер в 45-м) у матери на руках трое осталось. Мне, старшему в семье, 16 годков. Закончил только лишь семь классов (за восьмой надо было платить) и пошел в пастухи – по ночам пас и сторожил колхозных коней. В октябре получил первую свою зарплату (выдали зерном из расчета 100 граммов за трудодень). Вот было радости…

Авскоре в Великие Луки наехали вербовщики из Архангельской области: «Пацаны, набираем команду в полусотню человек на фабрично-заводское обучение. Всем гарантируем бесплатное образование и питание, и работенка там найдется. Денежная».

– Подумал я и согласился, хотя мама была категорически против. Ты же, мол, еще дитё – пропадешь на той проклятой чужбине! Но выбора не было, – говорит Аркадий Иванович, – поехал. Так и оказался в поселке Волошки Каргапольского района. Вербовщики не обманули: учили нас в школе ФЗО бесплатно, кормили, а через полгода мы уже сидели за рычагами трелевочных тракторов – вальщики леса! Чудной это был трактор – на дровах работал. Да к тому же старье. А я худенький, хлипкий, с трудом натягивал гусеницы, которые то и дело почему-то сползали. А два года требовалось по-любому отработать. Изнемог на своем «старичке» и попросился в сучкорубы. Работа эта тоже не мед: в лесу снега по пояс, за день вокруг деревьев так натанцуешься, что к вечеру только одна мысль: «Скорее бы упасть на постель!».

Старание юного сучкоруба заметили, оценили и вскоре в знак благодарности за терпение и усердие доверили новенький трелевочный трактор. И помощника выделили.

– Вот тут я духом воспрял – зарплата настоящая пошла! Первым делом матери послал половину. Так и пролетело три года на лесозаготовках. А потом Архангельский областной военкомат на срочную призвал. В Вологде всех нас отмыли-отпарили, обмундировали и – на целину! Убирать хлеб в Оренбургской области. Присяга военная (в той же Вологде) была после, когда мы уже хлеба убрали. Служил я в артиллерийском полку в батарее артиллерийско-инструментальной разведки…

Тем временем, пока разведчик-наблюдатель ефрейтор Аркадий Столяр постигал ратную науку, пока ползал со своим дальномером по полигонам в Мурманской области, в деревне Ятвезь Барановичского района отцветали вишни, кружила осенняя листва, под окошком Гали бесновалась пурга.

– После трех лет армейской службы, – вступает в разговор Елена Ивановна, – Аркадий приехал в Барановичи, где я уже к тому времени работала бухгалтером в домоуправлении. Находилось оно в авиагородке, относилось к гарнизонной КЭЧ. А начальником нашего домоуправления был брат Аркадия. Так мы случайно здесь и познакомились. Ну и пригласил меня солдатик в кино, бегали потом с ним в старый парк на танцы, а через четыре месяца расписались.

Есть люди, которые имеют дюжину профессий, разных дипломов, но ничего конкретного за всю свою жизнь толком делать так и не научились, не умеют. Аркадий Столяр, сужу по личным наблюдениям, таким «универсалам» полная противоположность. «Академиев» он никаких не оканчивал (за плечами лишь техникум легкой промышленности), а фору даст и столяру, и плотнику, и сварщику, и слесарю, и электрику, и токарю, и пекарю. И даже авиационному технику с механиком. Ясная голова у человека, золотые руки. Ох, и повезло Гале в жизни!

В1959-м, когда запасной артиллерист Столяр приехал в Барановичи, найти здесь подходящую работу было крайне сложно. Пошел Аркадий для начала грузчиком на авиаремонтный завод, оттуда – вольнонаемным рабочим в полк дальней авиации, который базировался в Барановичах. Всей душой полюбил самолеты, свою специальность механика группы регламентных работ. Заменить двигатель на сверхзвуковом бомбардировщике Ту-22 – это вам не мопед починить, а авиационный механик Столяр делал это запросто, даже старшего группы заменял порой. 

К слову, здесь, в воинской части, Аркадий, человек пытливого ума, внес и свое первое в жизни рацпредложение. Затем – второе, третье, седьмое… Одно из них, например, касалось технологии консервации газовоздушного тракта двигателя самолета. Эффект – полтонны экономии моторного масла на одном самолете! Позже и специалисты НИИ спохватились: «Вот молодец, а мы и не додумались!»

А всего на счету Аркадия Ивановича более 200 рационализаторских предложений. Львиная доля их приходится на годы, когда герой моего повествования писал странички своей трудовой биографии на Барановичском хлопчатобумажном комбинате.

– А проработал я там (мастером, старшим мастером по ремонту хлопчатопрядильного оборудования) 36 годков. Врать не буду – ценили меня на ХБК и чествовали по достоинству. Вот, – предложил Аркадий Иванович мне доказательства (шесть почетных грамот от руководства БПХО и Министерства легкой промышленности, медаль «За доблестный труд», удостоверение депутата горсовета, два нагрудных знака «Отличник изобретательства и рационализаторства», дюжину других знаков признания заслуг), – но сердцем и душой я был всегда возле самолетов. Жили мы с Галей в бараке на улице Войкова, жилье другое КЭЧ не обещала, потому и пошел я на ХБК, где через девять лет нам выделили на Гаевой квартиру.

–Елена Ивановна, вы с Аркадием Ивановичем полвека прошли по жизни рука об руку. Двоих дочерей вырастили и воспитали, трех внуков дождались. В чем секрет вашего супружеского союза? – спрашиваю я жену Аркадия Столяра. – Нынешняя молодежь годами встречается, а поженятся – на третий день тарелки полетели. 

– Надо думать, уметь слушать друг друга, – делится мудростью Галя, – а главное – доверять. Без любви и доверия ничего не построишь, все пойдет прахом…

– Хорошо, ну вот вы говорите, что деньги у вас свободно лежат, на видном месте. Ну и возьмет Иванович, скажем, сотку да просадит ее в гараже с мужиками. Что тогда? 

– А ничего. Значит, надо просадить, – улыбается Елена Ивановна. – Он знает, что делает. Зря не станет…

Невзирая на 74-летний возраст, Аркадий Столяр (всю жизнь в труде!) продолжает писать свою трудовую биографию – преподает студентам БарГУ учебную практику на токарных, строгальных, шлифовальных, фрезерных и прочих станках. М-да, и студенческой молодежи повезло с наставником: уж коль взялся Аркадий Иванович за дело – непременно сделает его красиво, доведет до логического конца.

Мне приятно было беседовать с этими добрыми, искренними, мудрыми людьми. Живут честно, каждый имеет дюжину трудовых наград, в квартирке (чувствуется хозяйская рука) чистота и уют. Дачку имеют под Ляховичами, грядки вместе копают. Елена Ивановна и шить, и вязать, и выпекать мастерица. Аркадий Иванович кроме своего пристрастия к технике не прочь порой шахматную дуэль с соперником затеять. 

Новенькая (недавно прошел капремонт) пятиэтажка на улице Гаевой. Все подъезды дома буквально утопают в цветах. Приложила к этой неописуемой красоте руку и супруга Аркадия Ивановича Галя, с которой завтра они в кругу детей и внуков отметят важную веху в своей жизни – полувековой юбилей брачного союза. 
Так держать, Елена Ивановна! Так держать, Аркадий Иванович! Браво, Столяры!

… «Вновь сыплются листья в осеннем саду. Я с Леной и Галей по жизни иду. Пусть годы летят, но светится взгляд, и листья над нами шумят…»

0

Также на нашем сайте

Комментарии

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *