Наверх

30 дней в зоне отчуждения

27.04.2012 нет комментариев 267 editor

С тех пор, как Сергей Прохорович Кравченко попал в 30-километровую зону отчуждения вокруг Чернобыльской АЭС, прошло уже более четверти века. Но и сегодня без эмоций вспоминать о тех днях он не может.

Он пробыл там 30 дней – с 15 августа до 15 сентября. Всего лишь 30, – скажет молодой читатель, не испытавший на себе последствий той страшной аварии. Целых 30 дней, – ужаснется человек постарше, понимающий, что каждое мгновение вблизи атомной станции отбирало годы жизни.

Служивший в то время начальником областного отдела Департамента охраны Сергей Кравченко приказ о командировании «туда» не обсуждал. Надо – значит надо.

– Разумеется, я понимал, чем может закончиться такая поездка, – вспоминает Сергей Кравченко. – Однако не менее хорошо я осознавал, что кто-то должен встать на пути у невидимой смерти, сочившейся в воздух со смертельно раненной АЭС.

Его назначили командиром областного отряда сотрудников милиции. Всего вместе с ним поехали 87 человек – инспекторов ГАИ, участковых, представителей других служб со всех уголков Брестчины. В основном это были молодые ребята, у каждого дома остались семьи, маленькие дети. И Сергей Прохорович старался сделать все возможное, чтобы все до единого вернулись домой живыми и здоровыми.

Их поселили в школе деревни Савичи, которая находилась на границе с зоной отчуждения.

– Помню, когда мы приехали, стояла страшная жара, – вспоминает Сергей Кравченко. – В школе, превращенной в казарму, окна открыты настежь, всюду пыль. И все едят крупные сочные яблоки, собранные в садах зоны отчуждения. Эта картина просто ужаснула.

И он принялся наводить порядок. Приказал наглухо закрыть окна, со стороны улицы заклеил их клеенкой. В казарме четыре раза в сутки через равные промежутки проводили влажную уборку помещения. И никаких даров местных садов-огородов.

Его методику защиты как-то обругал высокий начальник из Минска: «Что это Кравченко окна позаклеивал клеенкой? Радиации боится, что ли?». Не стал Сергей Прохорович спорить с «умным» начальником, клеенку снял. Но как только след его машины растаял за околицей деревни, тут же вернул все на место.

– Сколько раз за годы, прошедшие после той командировки, люди говорили мне спасибо, – с улыбкой говорит Сергей Прохорович. – Благодарят за то, что сохранил им жизнь.

В обязанности отряда, которым руководил Кравченко, входило охранять ту самую зону отчуждения: оставленные без присмотра дома и магазины были лакомым кусочком для мародеров. И с этой задачей отряд справлялся на сто процентов. А еще они помогали выжить людям, которые не захотели уезжать из родных деревень. Практически в каждой выселенной деревне осталось по одному-два человека. И только благодаря помощи сотрудников милиции эти люди могли более-менее нормально существовать.

– Мы привозили им из своих пайков консервы, тушенку, крупы, печенье, – рассказывает Сергей Прохорович. – Люди практически на коленях благодарили нас за помощь, ведь больше надеяться им было не на кого.

… У него до сих пор болит душа при воспоминании о том, как в теплые сентябрьские дни дети из деревни Савичи ходили босиком по земле. Еще в начале мая высокие инстанции обещали переселить всех детишек из этой деревни, но до самого отъезда отряда из Савичей долгожданного переезда не случилось. И каждый день десятки ребятишек получали все новые дозы смертельной радиации.

Сколько рентген они накопили – не знает никто. Как никто не знает и о том, сколько радиации осело в организме самих ликвидаторов. У них на отряд был один дозиметр, но пользоваться прибором не было возможности: стрелка дозиметра мгновенно зашкаливала…

– В то время в Савичах находилось около тысячи ликвидаторов, – говорит Сергей Прохорович. – Я знаю, что более сотни из них уже нет в живых. Многие стали инвалидами. Радиация, как ржа, медленно и каждодневно разъедает организм. Хотелось бы всем тем, кто нес службу в чернобыльской зоне, пожелать крепкого здоровья и стойкости духа.

Комментарии

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *