Наверх

Исповедь родителей, которые запили после рождения сына

5.02.2017 нет комментариев 1637 Наш край

Не знаю, как выдерживали бы члены комиссии по делам несовершеннолетних весь негатив своей работы, если бы не светлые моменты, которые тоже бывают.

На комиссию пришли родители двухлетнего Илюши, которого в конце августа также признали нуждающимся в государственной защите и отобрали у родителей.

За прошедшие пять месяцев папа и мама сделали все возможное, чтобы вернуть малыша домой. Они пролечились у нарколога, посещают встречи общества анонимных алкоголиков, посещали занятия психолога, устроились на работу и сделали в квартире ремонт.

Оба напряженно вглядываются в лица членов комиссии, пытаясь прочитать на них решение: вернут ли им сына? Поверили ли в их исправление? Поверили.

– Вы действительно проделали большую работу, так что сегодня можете забрать своего ребенка, – говорит Светлана Юрчик, заместитель председателя комиссии по делам несовершеннолетних. – Мы все очень рады, что вы нашли в себе силы исправить свою ошибку, изменить жизнь. Надеюсь, ничего подобного больше никогда не повторится и нам не придется больше встречаться в этом зале.

____

ИСПОВЕДЬ

«Это был какой-то ужас…»

Папа и мама, которым вернули сына, согласились на условиях анонимности поговорить обо всём пережитом с журналистом. И были достаточно откровенны.

– Мы познакомились 16 лет назад, за плечами у обоих уже были браки, у меня – дочь, – рассказывает женщина. – Сегодня ей уже 20, взрослая и самостоятельная.

Мы долго встречались, жили в гражданском браке. Хотели, чтобы появился общий ребенок, но долго ничего не получалось. Наверное, потому, что я работала на покраске автомобилей, дышала все время этой химией.

Чего мы только не делали, чтобы Бог послал нам малыша! По врачам ходили, все монастыри Беларуси объехали, молились. И вот наконец родился Илюшка. Такое счастье!

– Знаете, с этого все и началось, – вступает в разговор папа. – Я так радовался рождению сына, что у меня просто сорвало крышу. Начал отмечать и ушел в запой. О чем соседи поспешили сообщить в органы опеки. К тому моменту, как жену должны были выписывать из роддома, возникла опасность, что ребенка нам не отдадут. Тогда я уехал из дому, чтобы не компрометировать жену. С ней осталась одна теща, у которой мы жили и живем сейчас. Она тоже «праздновала» рождение внука, но сумела взять себя в руки. Когда в квартиру пришли врач и медсестра, там был полный порядок, все детские вещи готовы, так что жену выписали, и они с сыном вернулись домой.

– И все же я боялась, что пьянство мужа может повредить нам, поэтому подала на развод, – продолжает рассказ женщина. – Хотя наши с ним отношения от этого никак не изменились, я продолжаю считать его своим мужем и после развода.

– Через пару недель после рождения сына я уехал в Россию на заработки, я строитель, – рассказывает мужчина. – Но так скучал по ним обоим! Постоянно звонил и спрашивал: «Как там мой Илюшечка?» Через несколько месяцев не выдержал, примчался обратно. Сидя в машине у подъезда дома, посмотрел на окна нашей квартиры, и такие чувства на меня нахлынули… От их избытка выпил прямо в машине. Поднялся наверх – а тут педагог социальный как раз пришел. Застукал меня «тепленького». И вскоре нас поставили на учет.

– И я иногда могла себе позволить, часто была «под пивом», курила рядом с ребенком, – продолжает исповедь мама. – И бабушка наша иногда выпивала. И тоже курила постоянно. Что тут говорить, виноваты были…

– Вы не подумайте, это не наследственность дурная в нас взыграла, – перебивает мужчина, – сами скатились… Мы оба выросли в хороших семьях. Я, например, занимался спортом – тяжелой атлетикой. Был кандидатом в мастера спорта, победителем чемпионата БССР 1987 года в своей возрастной категории. Мог войти в состав сборной. Но предпочел дворовые компании, потянуло в другую область, так сказать.

– Эти полгода, что мы жили без сына, были самым страшным испытанием, ужас какой-то, по-другому не скажешь, – говорит мама. – Поначалу вообще была угроза, что нашего мальчика увезут в дом ребенка в Пинск. Он ведь еще маленький, в приют его не взяли. К счастью, удалось уговорить мою двоюродную сестру, чтобы стала опекуном, взяла к себе Илюшу на это время.

Первое время он был в больнице, мы ходили к нему каждый день. Носили вкусняшки, старались, чтобы не чувствовал себя обделенным. Когда переехал к сестре, стали приходить чуть пореже. Во-первых, работа отнимала много времени, во-вторых, сын каждый раз по полтора часа плакал после нашего ухода. Очень переживал, бедненький. И мы с мужем подолгу отходили от каждой такой встречи. Так тяжело было, не передать словами.

Хочу сказать всем родителям, что ни в коем случае нельзя до такого доводить, ведь вернуть ребенка очень сложно. И морально тяжело изменить свою жизнь, и стыдно за то, что так получилось. И финансово очень сложно. Если бы у нас не было денежных запасов, не знаю, как справились бы. Ведь большая часть зарплаты уходит на погашение расходов на содержание ребенка, за оставшиеся средства нужно ребенку гостинцы покупать. Самим на жизнь уже почти ничего не остается.

Вообще я первая поняла, что пора ставить точку на прошлой жизни. Если бы муж со мной не согласился – рассталась бы с ним. Потерять ребенка для меня куда страшнее, чем мужа. К счастью, идти на жертвы не пришлось, он тоже понял, что надо все исправлять.

– Знаете, моя жена даже курить бросила, не только пить, – радуется мужчина. – А ведь она 24 года дымила. И теща курить бросила. Конечно, это не критично, но и я теперь об этом подумываю. Новая жизнь, так новая. Будем исправляться.

Ирина СОСНИНА.

Комментарии

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *