Я люблю деньги, но не за то, за что их обычно любят. Держу в руках белорусские рубли, а, получается, что держу главное богатство Родины. И дело заключается не в величине номинала денежных купюр, а в том, что изображено на них.

Привлекает внимание именно изображение достопримечательностей Родины и, кроме гордости за символы страны, вызывает оно у меня еще и ностальгические воспоминания. Я ведь там была и наяву любовалась этими замками, театрами, музеями, зданиями – памятниками архитектуры, вошедшими в историю. Хочу, чтоб и вы испытывали те же чувства, что и я, и чаще обращали внимание не на цифры и на слово «рубль» на купюрах, а на ценности, которые никакими деньгами не измеришь.

 УНИКАЛЬНОСТЬ «ЛЕНИНКИ»

Самыми мелкими деньгами сейчас являются 10 рублей. С купюры этого достоинства смотрит на нас здание «Ленинки». Здесь располагалась с 1932 года Национальная библиотека страны до переезда в новое просторное здание-«бриллиант».

«Ленинку», или Государственную библиотеку БССР имени Ленина на улице Красноармейской в Минске, проектировал известный белорусский архитектор Георгий Лавров. Это одно из немногих сохранившихся в годы войны зданий. Оно является памятником архитектуры конструктивизма, входит в государственный список историко-культурных ценностей Республики Беларусь.

Студентов записывали в «Ленинку» только с третьего курса. Это была солидная библиотека. До третьего курса мы успели, готовясь к экзаменам, позаниматься в разных библиотеках Минска – имени Пушкина, Купалы, родной университетской и оценить значимость каждой. «Ленинка» являлась верхом мечты, потому что в ней можно было найти всю нужную литературу. В залах царил научный дух, непередаваемая атмосфера серьезности и строгого уюта, и никто не мешал тебе дойти до порога, за которым произносилось: «Эврика!» Это была библиотека высокого уровня, главная в стране.

Я, выпускница факультета журналистики Белгосуниверситета, писала в «Ленинке» свою дипломную работу. Работа называлась «Газета «Мужыцкая праўда» і рэвалюцыйныя падзеі 1861–1863 гадоў». Вот уж не думала, что из библиотечных архивов для меня извлекут оригиналы этой газеты, больше напоминающей боевые листки (возможно, их держал в руках сам Кастусь Калиновский), – поистине в «Ленинке» все можно было найти. Сотрудники библиотеки предупредили, что с экземплярами революционной газеты следует обращаться очень бережно – ведь «Мужыцкай праўдзе», рупору участников восстания, много лет. Уникальные страницы дали почувствовать дыхание той эпохи.

Сейчас здание «Ленинки» закрыто. С его судьбой никак не могут определиться. Споры чиновников и общественности сводятся к вопросу «Сносить или реконструировать?» Снести – это проще всего. Чиновники уверяют, что объект, который возведут на месте «Ленинки», сохранит образ прежнего строения. Общественность же горой стоит именно за реставрацию памятника архитектуры конструктивизма и не представляет Минск без этого своеобразного здания: о сносе, мол, и речи быть не может.

Сохраните для себя 10-рублевую купюру с обликом моей «Ленинки». Я не призываю коллекционировать деньги (хотя некоторые этим тоже увлекаются – пожалуйста) – давайте сбережем историю страны. «Ленинка» для меня – это еще и воспоминание о замечательных студенческих годах, полных не только научных изысканий, но и обретения друзей. Наш курс считался одним из самых дружных на факультете да и в университете. По прошествии уже немалого времени с момента окончания вуза мы продолжаем все вместе встречаться. Кстати, один из моих однокурсников работает директором Минской печатной фабрики Гознака. «Печатает деньги», – так условно называем мы то, чем он занимается. На самом деле деньги у нас в стране не печатаются, но фабрика Гознака издает не менее серьезную продукцию – бланки строгой отчетности, облигации, акцизные марки, чековые книжки, производит юниграммы – многослойный материал со скрытым изображением, защищающий от подделок. Деньги тоже имеют свои степени защиты. 10 или 100 рублей обычно никто подделывать не пытается – номинал купюр невелик.

НОВЫЕ ОДЕЖДЫ БОЛЬШОГО ТЕАТРА

На 100-рублевой, окрашенной в зеленые тона банкноте изображено еще одно из моих любимых минских зданий – Национальный академический Большой театр оперы и балета Республики Беларусь. Кстати, в этом театре после войны шла опера «Кастусь Калиновский». Так что историческое наследие республики помогают сберегать не только библиотеки, но и театры (о музеях мы поговорим позже, когда дойдем до купюры достоинством 1 000 рублей).

В театре оперы и балета часто можно услышать иностранную речь – этот храм белорусского искусства постоянно посещают гости из-за рубежа. Нам не стыдно ни за уровень мастерства артистов, ни за репертуар, а теперь не стыдно и за сам вид здания, являющегося одним из архитектурных символов столицы.

Оно находится в Троицком предместье – красивейшем уголке Минска – и было построено в 1938 году по проекту известного архитектора Иосифа Лангбарда. Во время войны зрительный зал разрушило авиабомбой. Фашисты, издеваясь, устроили в театре конюшню. Но несмотря ни на что театр выжил.

Я отдаю должное оперному искусству, но обожаю балет. За пять лет студенческой жизни в Минске познакомилась чуть ли не со всем репертуаром. Проживая в Барановичах, очень скучаю по Большому. Время от времени выбираюсь на спектакли для удовольствия души.

Помню, приехала на «Щелкунчика», и обшарпанный внешний вид театра произвел гнетущее впечатление. «Как же так? – думала. – Ведь балет – одна из визитных карточек Беларуси, почему не одеть здание в приличные одежды?» Но, оказавшись в зале (он рассчитан на 1 200 мест) и слушая волшебную музыку Чайковского, успокоилась. Музыка, исполняемая высокопрофессиональным оркестром театра, заставляет забыть обо всем.

Однако мои переживания словно были услышаны, и в начале 2006 года началась реконструкция здания, которая длилась три года. После чего билеты на спектакли стали стоить в три-четыре раза дороже. Зато у Большого театра страны лицо стало ухоженным, привлекательным.

Сидя за чашечкой вкусного кофе эспрессо в кафе театра перед балетом «Баядерка», жила предчувствием новых впечатлений. Это было мое первое посещение отстроенного здания. Аромат театрального духа в нем остался прежним – и это главное. И по-прежнему покоряет профессионализм артистов белорусского балета – разве что танцуют они теперь на сцене в улучшенных условиях. Дополнительный комфорт ощутили и артисты, и зрители. Витаешь в облаках под звуки флейты, погружаясь в мир таинственных событий «Баядерки».

ЗАГАДКА КАРТИННОЙ ГАЛЕРЕИ

Порыв восхитительных чувств и задумчиво-философских настроений охватывает тебя и в залах Национального художественного музея Республики Беларусь (смотрите денежную купюру номиналом 1 000 рублей).

Здание музея было возведено в 1957 году (автор проекта – молодой архитектор-фронтовик Михаил Бакланов) на улице Ленина в Минске. Оно явилось одним из первых музейных строений Советского Союза. Но это не значит, что до 1957 года музея в республике не было. Был, да еще какой! В Государственной картинной галерее БССР еще до войны были собраны большие фонды живописи, графики, культового и декоративно-прикладного искусства, слуцкие пояса, французские гобелены, часть коллекции князей Радзивиллов из национализированного Несвижского замка. Произведениями из своих хранилищ поделились с Минском Эрмитаж, Русский музей, Третьяковская галерея. Почти все это богатство (его каталог не успели составить) попало в руки врага и безвозвратно исчезло в годы войны. Известно лишь, что в оккупированный Минск приезжали высокопоставленные чиновники из фашистской Германии, директор Дрезденской галереи и интересовались собранием картин, предметов прикладного искусства. Лет пять назад я была в Дрезденской галерее, где множеству выдающихся картин тесно в отведенных залах. Можно допустить, что здесь в числе прочих находятся и произведения, вывезенные из военного Минска.

По новой собирать сокровища мировой культуры музей начал после войны. Были приобретены полотна Левитана, Кустодиева, Брюллова, произведения из частных коллекций. Три пейзажа Куинджи передал Русский музей, который, если кто не знает, находится в Санкт-Петербурге и который мне хотелось посещать уже только за то, что там выставлены работы этого необычного художника. В фиолетовые закаты Куинджи влюбляешься раз и навсегда, застывая с замирающим от восторга сердцем у творений, полных нежной прелести.

В Национальный художественный музей я тоже влюбилась, потому что в его залах «прописался» загадочный Куинджи и другие талантливые художники. Дрезденская галерея и Лувр – главные обители европейского и мирового изобразительного искусства – приезжают сюда с выставками своих картин, признавая авторитет музея. Наш Художественный очень достойно смотрится – позволю себе это сравнение, потому что знаю, о чем говорю, – и на фоне российских старших собратьев, будь это Русский музей, Эрмитаж или сестра-Третьяковка.

СПОРТИВНО-КОНЦЕРТНЫЙ ВАРИАНТ

Какая там у нас по номиналу следующая купюра? Ага, 5 тысяч рублей. Это деньги, с которыми мы обязательно вспомним о здоровом образе жизни, незабываемых спортивных и концертных мгновениях, – с лицевой стороны дензнака на нас смотрит Дворец спорта.

Думали ли, гадали несколько выпускников Белорусского политехнического института, что их дипломный проект, воплощенный в 1966 году в жизнь в виде оригинального сооружения в Минске на набережной реки Свислочь, заинтересует другие города Советского Союза – Челябинск, Днепропетровск, Волгоград, Вильнюс? Эти города тоже захотели иметь подобный объект у себя.

Из-под сводов Дворца выпорхнула на Мюнхенскую Олимпиаду за золотыми наградамигимнастка Ольга Корбут. Здесь оттачивали клинки победительницы Олимпийских Игр фехтовальщицы Татьяна Самусенко и Елена Белова, выходил на ковер трехкратный олимпийский чемпион по вольной борьбе Александр Медведь. Здесь проходили чемпионат мира по борьбе, гандболу, хоккею среди юниоров, не говоря уже о множестве международных турниров. На один из них, боксерский, я попала во время своей студенческой сессии. Через два дня надо было сдавать экзамен по теории литературы. Но о каком экзамене могла идти речь, если на ринге сражался легендарный Теофило Стивенсон!

Во Дворце находился корпункт газеты «Советский спорт», с которой я сотрудничала в студенческие годы. Приходила сюда, чтоб взять очередное задание. Писать о большом спорте мне нравится до сих пор.

Спортивный вариант функционирования Дворца рассчитан на 3 074 зрительских места, концертный – на 4 500. Здесь не раз выступала Примадонна советской (российской) эстрады Алла Пугачева, которая предпочитает большие сценические площадки. Несколько лет назад я ездила в Минск на ее концерт. Со второго ряда могла дотронуться рукой до звезды. Между прочим, наяву артистка смотрится гораздо моложе, чем на экране телевизора. Алла Пугачева меня не разочаровала – она настоящий профессионал.

Дворец спорта в 1984 году был включен в перечень памятников истории и культуры Беларуси. Это здание узнаваемо, неповторимо. Не удивительно, что оно нашло «прописку» на денежных банкнотах.  

МУЗЫКА ОЖИВЛЯЕТ СРЕДНЕВЕКОВЬЕ

Любопытно, что на белорусских деньгах изображен не только Национальный художественный музей, но и его филиал – Мирский замок, реставрацию которого ведут художники реставрационных мастерских музея. Мирский замок, включенный в список всемирного наследия ЮНЕСКО, ассоциируется с крупными деньгами – купюрами номиналом 50 тысяч рублей. Билеты Национального банка стоимостью 1 тысяча и 50 тысяч рублей окрашены в одинаковый цвет – сине-голубой. Это незамысловато подчеркивает родство Художественного музея и его филиала.

Посещение уникального памятника белорусского зодчества XVI века в поселке Мир Кореличского района Гродненской области я решила совместить с вечерними концертами, традиционно устраиваемыми телеканалом ОНТ летом у стен замка. Творческие акции телеканала способствуют популяризации дворцово-паркового ансамбля как объекта туризма. Руководителем ОНТ является мой однокурсник Григорий Кисель, и при встрече с ним я не преминула заметить, какие они, телевизионщики, молодцы за то, что организовывают концерты в Мире. Средневековой замок в такие вечера оживает, и стены его, как в былые времена, ласкает музыка. Прежние владельцы князья Радзивиллы были большими поклонниками искусства.

Но замок помнит не только беззаботную жизнь, но и разрушения, войны. Стены толщиной в три метра не всегда могли защитить хозяев. Экскурсантам в Мире показывают тюремный подвал, оставивший у меня мрачное впечатление. Пока спускалась в подвал, лицезрела в кладке стен новые красные кирпичи, появившиеся в результате реставрации по соседству со старыми выщербленными. Краснокирпичные стены – главный элемент художественной выразительности замка.

Мирский и Несвижский замки имеют много общего. Оба занесены в список всемирного наследия ЮНЕСКО, построены примерно в одно время, имели общих хозяев, являлись фортификационными сооружениями (обнесены мощными земляными валами; рвы вокруг были заполнены водой). Общее у замков и то, что они теперь – наши деньги. В прямом и переносном смыслах этого слова. Посещение Мира и Несвижа туристами, в том числе иностранными, начало приносить доход государственной казне. В благодарность (шутка) казна печатает деньги с видами Мирского и Несвижского замков.

ПУТЬ К СЕБЕ

Несвижский архитектурный ансамбль ценится очень высоко. Банкнота с его изображением стоит 100 тысяч рублей – это самая крупная купюра в стране.

Каменный замок на месте деревянного укрепления в Несвиже был возведен при участии итальянского архитектора Джованни Бернардони. Потом замок-крепость несколько раз перестраивался-достраивался (весьма существенно – в XVIII веке). В его архитектуре заметны разные стили (каждая эпоха оставляла свой след), но превалирует барокко. В общий ансамбль органично вписался пейзажный парк, живописные пруды. Панорама дворцово-замкового комплекса доставляет мне (и всем, кому выпадает случай ею полюбоваться) истинное удовольствие.

Радзивиллы собрали в замке огромные ценности – около 1 тысячи картин (здесь располагалась художественная галерея), более 20 тысяч книг. Это был культурный центр Европы. Белорусский балет начинался в Несвиже.

В годы Второй мировой войны фашисты приспособили замок под госпиталь. После войны здесь был размещен санаторий специального назначения. В 1991 году здание передали «Белмежколхозздравнице». Помню наступивший затем для замка период запустения, и если бы государство в 2000 году не спохватилось и не объявило о реставрации дворцово-замкового ансамбля, то неизвестно, что бы от него сейчас осталось.

Через Несвиж лежал мой путь в родительский дом – в маленькую деревушку на Минщине. Главное, что есть в Несвиже, – замок Радзивиллов, и каждый раз проезжая через городок, становилась свидетельницей дальнейшей судьбы архитектурного ансамбля. Его судьба, думаю, была небезразлична не только мне, но и всем белорусам.

Рада, что государство позаботилось о культурно-историческом наследии. Вложены немалые средства в восстановление замка. Реставрационные работы на первом этапе завершены, открыты экспозиционные залы для посетителей. То, что сделано, важно для народа, для нации.

Изображение достопримечательностей Родины на дензнаках придает солидность белорусским рублям, увеличивает их вес. Прыгающие зайцы и хищники-волки, «поселившиеся» на первых банкнотах суверенной Беларуси, уже в прошлом. На смену им пришли, если можно так выразиться, фундаментальные деньги, выполняющие задачу реальной оценки нашего труда.

Страна оперирует сейчас купюрами одиннадцати номиналов. О большинстве из них я вам рассказала. Но никакими деньгами нельзя измерить понятия гражданственности, патриотизма. Давайте любить и беречь историко-культурное наследие родной Беларуси. Оно бесценно.